Индуизм

Посвящать целый раздел одному индусу, возможно, покажется кому-то излишним, однако причина этого, мы надеемся, станет ясна по мере того, как будет разворачиваться история Ганди и его религиозных убеждений. Она заключается в его способности подвергать критике индуизм изнутри, выделяя характерные особенности религии на протяжении веков.

Ганди был крупнейшей фигурой двадцатого столетия и настолько значительной личностью, что столетнюю годовщину его рождения отмечали в 1969 г. почти в каждой стране мира, выпустив посвященные этой дате марки. В Индии его, вероятно, лучше всего помнят за вклад в борьбу за независимость (в этом Ричард Аттенборо оказался прав. В 80-е годы Аттенборо поставил фильм «Ганди», который привлек к великому индийцу внимание многих людей, которые раньше не слышали о нем. Его духовность была отражена в фильме косвенным образом, в основном подчеркивалась его политическая роль). Почти в каждом городе в Индии Махатма Ганди есть улица, названная его именем, большинство городов всех масштабов гордятся памятниками в его честь. Его самадхи в Дели, квадратный постамент из черного мрамора, - это место, куда все приезжие знаменитости приходят засвидетельствовать свое почтение. В Лондоне на Тависток-Сквер можно увидеть красивый, волнующий душу памятник, поставленный в его честь. Вокруг него по-прежнему растет календула.

Если Рам Мохан Рой и его движение Брахма Самадж познакомили западных философов и рационалистов с индийской мыслью, то Ганди завладел всеобщим вниманием, взбудоражив воображение людей. Конечно, не каждый проникался доверием с этому «полуголому факиру», как называл его британский премьер-министр военного времени Уинстон Черчилль, но, когда он в 1931 г. посетил Англию, то завоевал симпатии и уважение множества людей, от квакеров до рабочих. Пресса сочла его «неплохим образцом для подражания». Он сказал кому-то из журналистов: «Вы, ребята, носите брюки гольф, мои будут покороче». После того как Ганди, в своей обычной набедренной повязке, шали, сандалиях, с часами стоимостью в доллар, посетил Букингемский дворец, приглашенный королевской семьей «на чай», он сказал: «Король имеет достаточно для нас обоих».